Когти дьявола

К читателям,

Теперь я подхожу к основному периоду в моем повествовании: подготовке Сочи к Олимпийским зимним играм 2014 года, которые оставили после себя множество памятников и последствий, до сих пор не оцененных в полной мере.

Один из этих памятников, «дворец Путина» в Геленджике, благодаря Алексею Навальному все-таки привлек широкое внимание общественности. Хотя следует заметить, что за прошедшие годы с начала его активного строительства было несколько попыток обратить внимание политиков, в том числе оппозиционных, и на этот объект, и на другие подобные объекты и проекты… Кстати, еще до игр были безуспешные попытки привлечь внимание к этим объектам и самого Навального, но, видимо, тогда у него были другие приоритеты и интересы…

Однако, к описанию и анализу событий, связанных с олимпийской стройкой 2007-2011 годов, я приступлю только в следующей части, а сейчас мне придется сделать небольшой экскурс в историю, чтобы читателям было легче понять, что же произошло в России в период подготовки к Олимпиаде в Сочи.

То, что вы прочитаете ниже, представляет собой развернутую Реперную точку 10, то есть очередной узловой момент, на который читателю стоит обратить особое внимание. Я не нашел способа объяснить это коротко в нескольких фразах, и мне пришлось развернуть это до объема главы.  

Итак, вернемся в историю…

                                                 1

                              От  Победы до Распада   

В развитии каждой системы, в том числе государственной, могут произойти события, запускающее процесс не ожидаемых, не планируемых и не контролируемых ее организационным центром изменений, которые приводят или к усилению системы и поглощению ею более слабых систем, или становятся причиной ее кризиса и уничтожения, в том числе поглощения другими системами. Причем, события эти часто бывают скрыты за другими событиями, которые современникам и потомкам кажутся гораздо более значительными.

Например, Первая мировая война запустила процессы, которые привели к гибели нескольких монархий, в том числе Российской империи, переживавшей до войны период расцвета, и темпам развития которой в период с 1910 по 1913 годы завидовали многие ведущие государства, в том числе США.

При этом, событие, которое запустило процесс уничтожения Российской империи, не было связано напрямую с военными действиями на фронте или с проблемами в экономике и финансовой сфере, созданными войной. К середине 1916 году война была уже практически выиграна Антантой, готовилось окончательное наступление с двух сторон на Германию и Австро-Венгрию, перевооружение русской армии шло полным ходом, в тылу формировались воинские резервы для победного наступления, финансовые проблемы не носили угрожающий характер.

Более того, на стороне Антанты скоро должны были вступить в войну США, растущий финансовый и промышленный гигант, который уже выходил на уровень Великобритании, Франции, Германии и России по своему влиянию в мире. Германия, Австро-Венгрия и Турция были обречены, и все понимали это. В том же 1916 году Германия предприняла попытки заключить мир, чтобы избежать полного разгрома…

Событием, которое запустило процессы, приведшие к февральскому перевороту 1917 года и уничтожению монархии и Российской империи, стала Парижская экономическая конференция, которая прошла летом 1916 года. Это была конференция будущих победителей, на которой Франция, Англия, Россия и их союзники обсуждали устройство будущего мира. США в конференции напрямую не участвовали, но не только внимательно за ней следили, но и пытались оказать влияние на ее результаты.

Инициаторами конференции выступили Франция и Англия, которые рассматривали ее как ««историческое событие», которое приведет к созданию «самого могущественного, богатого и многочисленного по своему составу экономическому блоку, когда-либо существовавшему». Лондон и Париж считали, что в ходе конференции необходимо «как следует подготовиться к миру» путем объединения, которое «требует жертв и уступок, но их необходимо перенести во имя солидарности, обеспечивающей достижение высших целей».

Проблема была в том, что «перенести жертвы и уступки» должны были не Франция и Англия, а прежде всего Россия и в некотрой степени США, что и привело к противоречиям и расколу союзников.

Лондон и Париж требовали после победы создать между странами победителями таможенный союз, в котором Франция и Британия играли бы главную роль, и ввести экономическую блокаду побежденных Германии и Австро-Венгрии, запереть их в центре Европы для того, чтобы отобрать у Германии ее рынки сбыта в Европе и других частях света и не допустить их экономического и военного возрождения.

Франция стремилась установить свою гегемонию на континенте и захватить господствующие позициии на русском рынке. При этом, Россия должна была выступать младшим партнером. В частности, Париж требовал, чтобы Россия не имела права впредь заключать экономические соглашения с Германией без согласия французов, российские ставки таможенных тарифов во внешней торговле между двумя странами должны определяться не русским правительством, а смешанной франко-русской комиссией, а в русские порты должны быть допущены французские эксперты, которые бы проверяли качество экспортируемых русских товаров.

Со своей стороны, Англия была против чрезмерного ослабления Германии и усиления Франции после войны. В интересах Британской империи было сохранить австро-германский блок, так как «на суше он будет ограничивать силы Франции, России и славянских государств, а на море помешает превратить Средиземное море во французское и итальянское озеро». Однако, прежде всего англичане стремились ослабить Германию как торгового конкурента, уничтожить ее военно-морской флот, захватить ее колонии и рынки сбыта, расширить и упрочить свои позиции на мировом рынке. Для этого им также нужна была экономическая блокада Германии.

Париж и Лондон требовали от России отказаться от покупки немецких машин, оборудования, химических изделий, а также от поставок в Германию сельскохозяйственных продуктов, при этом не предлагая русским никакой реальной компенсации и ничего взамен. Они не собирались ставить Россию в лучшие условия, чем свои собственные колонии, которые производили и поставляли им ту же, например, сельскохозяйственную продукцию.

Россия планам Франции и Англии воспротивилась. Если рынки Германии и Австро-Венгрии для Англии и Франции не были важны ( под их контролем были огромные рынки колоний), то для России Германия была одним из главных импортеров сельскохозяйственных товаров и энергетических ресурсов, а сама Россия импортировала из Германии промышленную продукцию, причем, традиционно на льготных условиях оплаты. 50% всей внешней торговли России приходилось на Германию. Через нее проходили основные транспортные связи России с миром.

Фактически, блокада побежденных стран и выполнение требований Парижа и Лондона означали резкий рост зависимости России от Англии и Франции, в том числе финансовой и экономической. Поэтому царское правительство и Николай Второй лично выступили твердо против планов союзников.

В том же 1916 году Россия начала подготовку к проведению самостоятельного курса после войны, в том числе приоритетному развитию отношений с США, прекращению участия в торгах государственными облигациями на Парижской бирже, где до и в период войны Россия делала основные заимствования, и переходу на биржу в Амстердам. Царское правительство склонялось к возможности заключения скорейшего мира с Германией и Австро-Венгрией.

В июле 1916 года товарищ председателя Государственной думы Протопопов, встретился в Стокгольме с банкиром Варбургом, действовавшим по уполномочию Берлина. Немцы предложили заключить сепаратный мир с Россией. К контактам и предварительным переговорам был привлечен и Леонид Красин, бывший член «тройки» Ленин-Богданов-Красин, которая руководила партией большевиков в период первой русской революции 1905-1907 годов. Позже, Красин поддержал Богданова в его конфликте с Лениным, который сумел исключить обоих из партии. В годы войны Красин возглавлял представительство немецкого концерна «Сименс» в России.

На фото: Леонид Красин, 1917 г.

О ходе переговоров было доложено Николаю II. В июле 1916 г. царь  уволил министра иностранных дел англофила Сазонова и назначил на его место председателя Совета министров германофила Б. В. Штюрмера, который действовал по непосредственным указаниям императора Николая II, жестко отстаивая русские интересы. За это он стал врагом Лондона и Парижа, а также тех, кто был связан с ними экономическими и политическими интересами.

Результатом этого конфликта между странами победителями был заговор Лондона и Парижа в союзе с демократическими и антимонархистскими партиями в России против правительства Николая Второго, его семьи, прежде всего супруги царя Александры Федоровны, немки по национальности. Последовали информационная травля царицы и Григория Распутина, который слишком громко выступал сначала против войны, а затем за заключение сепартартного мира и выход России из этой войны, и убийство Распутина, организованное британской разведкой (контрольный выстрел произвел британский журналист и офицер секретной службы Освальд Рейнер).

На фото: Освальд Рейнер и Феликс Юсупов, убийцы Григория Распутина

Такой же травле, как Распутин и царица, был подвергнут и председатель Совета министров и министр иностранных дел Штюрмер, который к этому времени был назначен одновременно и министром внутренних дел. Отовсюду Николаю Второму шла информация с критикой Штюрмера.

Так, русский посол в Лондоне Бенкендорф жаловался на то, что со времени назначения Штюрмера англичане начали прятать при появлении русского посла документы, а когда он осведомился о причине, ему разъяснили: «Знаете, мы не уверены теперь, что самые большие секреты не проникнут к нашим врагам. Напротив, мы имеем признаки, что каким-то способом эти секреты становятся известными неприятелю со времени назначения Штюрмера». И такие послания англичан Бенкендорф в спешном порядке доводил до Николая Второго и лидеров оппозиции.

Именно этот заговор дал толчок к обострению противоречий в российской политической элите и заговору против Николая Второго и его семьи, в который включились не только российские политические партии, но и военные.

В декабре 1916 года, почти в тот же день, когда был убит Распутин, заговорщики заставили царя отправить Штюрмера в отставку, а через два месяца, после переворота и отречения Николая, Штюрмер был арестован, как и следователь, который вел дело об убийстве Распутина. Бывший председатель Совета министров России был помещен в Петропавловскую крепость, где за полгода был доведен до смерти.

На фото: Штюрмер Б.В.

После отречения Николая и февральского переворота Временное правительство России заявило о готовности подписать соглашение с союзниками о послевоенном экономическом союзе.

Однако, это оказалось сделать не так просто. Сопротивление со стороны российских предпринимателей и патриотических партий было настолько сильным, что Временное правительство было вынуждено попросить Лондон и Париж пойти на компромиссы, что те сделать отказались, и сопротивление политике Временного правительство переросло в заговор, теперь уже патриотических сил против новой власти в России.

К этому времени в войну на стороне России, Англии и Франции вступили США, которые также не собирались принимать условия Парижа и Лондона.

Переговоры не завершились, ибо в октябре 1917 года Временное правительство было свергнуто, а к власти пришли большевики, которые возобновили переговоры с Германией о сепаратном мире, а от всех договоренностей Львова и Керенского отказались…

Те же США в результате той же войны, в которой они приняли участие как поставщики оружия, техники, товаров и ресурсов, включая финансовые, а в боевые действия вступили лишь на завершающем этапе, получили толчок в развитии, превративший их в ведущую мировую державу, потеснившую европейские державы, в том числе самую могучую на тот момент Британскую империю…

                                        2

             «Если что нас погубит, то это»

Вторая мировая война привела к очередному поражению континентальной Европы, но длительная война, хотя и завершившаяся победой над Германией и ее союзниками, настолько ослабила Британию, которая вела в 1930-х годах политику, не планируя, что ее собственная территория окажется под ударом и что придется вести настолько тяжелую войну с гитлеровской Германией.

США стали основным источником кредитования и поставок оружия и техники в период подготовки к войне и на ее начальном этапе для обеих сторон, а затем, когда возникла явная угроза того, что гитлеровская Германия превратится в империю, с которой США не смогут справиться, для стран антигитлеровской коалиции. США оказались в очередной раз защищенными океанами от основного театра военных действий и избежали ударов по своей основной территории. В результате они получили очередное  ускорение своего экономического развития, сумели навязать западному миру свой вариант «экономического и финансового союза» и не только развалить Британскую империю, но и захватить освободившиеся в результате этого процесса мировые рынки сбыта, где до войны господствовали Британия и другие колониальные европейские державы.

Советскому Союзу победа во Второй мировой войне далась слишком тяжело, но СССР закончил ее самой мощной в военном отношении державой, несмотря на наличие у США ядерного оружия и огромного военно-промышленного комплекса. Однако, это могущество в руках партийно-хозяйственной бюрократии оказалось проклятием советской системы.

Материальные потери в войне, идейный застой, мумифицировавший марксизм, идеология замененная ритуалами, отсутствие понимания и видения будущего, диктатура партийной и государственной бюрократии, доминирование в экономике военно-промышленного комплекса, созданного для обеспечения победы в будущей мировой войне, привели к тому, что в советской системе уже при Сталине зародились и заработали механизмы вырождения и самоуничтожения.

Дефицит товаров, порожденный потерями во Второй мировой войне и доминированием военно-промышленного комплекса, который контролировал более 80% советской промышленности, оказался благословением для криминального теневого сектора, который не только научился заполнять нехватку товаров подпольной и контрабандной продукцией, но и, найдя поддержку бюрократии и войдя с ней в сговор, а затем в союз с влиятельными группами в партийных и государственных структурах, смог трансформировать экономическую систему так, что она стала этот дефицит создавать искусственно даже тогда, когда производственных мощностей было достаточно для обеспечения населения товарами, в том числе теми, которые в государственных магазинах были в постоянном дефиците или импортировались.

Например, в конце 1980-х годов СССР производил молока больше всех стран мира, но терял 52% произведенного молока и импортировал сухого молока ежегодно на 4 миллиарда долларов США. В Казахстане потери зерна из-за отсутствия эффективной системы хранения доходили до 30% урожая, при этом зерно импортировалось из тех же США. То же самое происходило со многими другими видами продукции.

Все это привело в послевоенные годы к формированию и быстрому развитию внутри советской системы теневого криптогосударства. Это теневое криптогосударство было создано появившимися внутри коммунистической партии и государственного аппарата кланами бюрократии, которые подчинили себе криминальный подпольный бизнес.

Этот союз, прикрываясь ритуалами мумифицированной коммунистической идеологии, не просто отбросил коммунистическую идею и нравственные принципы большевиков, но создал свою мораль и идеологическую базу, создав синтез из понятий русского криминального мира, идеалов капитализма и бюрократических норм поведения и отношений.

Начался процесс трансформации СССР, и эта трансформация нашла отражение сначала в хрущеских «разоблачениях Сталина» и хрущевских «реформах», которые противоречили взглядам на социализм как Маркса и Энгельса, так и Ленина и привели к еще большему усилению роли бюрократии во всех сферах общества и государства, а потом в жесткое сопротивление попыткам Николая Косыгина возродить кооперацию, хозрасчет, обновить социалистическую экономику и дать ей толчок в развитии, используя технологическую и информационную революцию, которая в тот момент разворачивалась в СССР и других развитых странах.

После поражения Косыгина судьба СССР была решена: наступил «брежневский застой», за которым последовали метания Андропова и «перестройка Горбачева». Случилось то, чего боялся Ленин, который написал: «Коммунисты стали бюрократами. Если что нас погубит, то это».

В 1970-е годы коммунистическая бюрократия окончательно сформировалась в СССРкак правящий класс. И это была главная тайна советской элиты!

Этот класс владел всем, что было создано советским народом и дано СССР природой и историей. Но владел этим всем не полностью. Бюрократия контролировала в СССР всё, управляла и распоряжалась всем от имени народа, но не имела это «всё» в личной собственности, не могла свою долю бесконтрольно переводить в деньги и безотчетно тратить или передавать по наследству.

Сложилась ситуция, которую предсказал Троцкий в 1936 году в работе «Преданная революция (Что такое СССР и куда он идёт?)»:

«Никак нельзя рассчитывать и на то, что бюрократия мирно и добровольно откажется от самой себя в пользу социалистического равенства. Если сейчас, несмотря на слишком очевидные неудобства подобной операции, она сочла возможным ввести чины и ордена, то на дальнейшей стадии она должна будет неминуемо искать для себя опоры в имущественных отношениях. Можно возразить, что крупному бюрократу безразлично, каковы господствующие формы собственности, лишь бы они обеспечивали ему необходимый доход. Рассуждение это игнорирует не только неустойчивость прав бюрократа, но и вопрос о судьбе потомства. Новейший культ семьи не свалился с неба. Привилегии имеют лишь половину цены, если нельзя оставить их в наследство детям. Но право завещания неотделимо от права собственности. Недостаточно быть директором треста, нужно быть пайщиком. Победа бюрократии в этой решающей области означала бы превращение ее в новый имущий класс.»

                                             3

           Кланы как основная форма организации элиты

Бюрократия, как любой правящий класс, всегда была разделена на кланы, но клановая структура коммунистической бюрократии в СССР, состоящая из национальных, профессиональных и теневых, то есть криминальных, группировок, стала основной формы организации правящей элиты и управления государством. При этом, каждый клан стремился захватить, закрепить за собой и развить «поляну», то есть подконтрольную зону кормления.

Создание своих «полян», их расширение и наращивание объемов финансирования или контролируемых богатств стали главными задачами бюрократии, главным смыслом ее деятельности. Политические и экономические цели развития стали второстепенными. Если при Сталине все было подчинено выполнению поставленных руководством задач, то после его смерти постепенно задачи общества и страны отодвигались на второй план. Главной целью стало получение «поляны» и обеспечение наращивания возможностей кормиться за ее счет.   

Вся экономика, политическая и общественная сферы были поделены на такие «поляны», которые кланы распределили между собой и контролировали. С конца 1970-х годов часть этих кланов начала интегрироваться в западную элиту, превращая внешнеторговую и внешнеполитическую сферы в набор «полян», при этом интегрируя спецслужбы и используя их каналы.

Именно эти кланы начали продвигать идеи конвергенции (слияния, сращивания в нечто новое) социализма и капитализма и продвигать западное понимание прав человека, готовя почву для окончательного отказа от мумифицированного марксизма. Наступила эпоха разрядки, отказа от решения международных проблем через прямой конфликт между СССР и Западом. Это был переход к гибридной войне.

Бюрократия контролировала как КПСС и советское государство, так и теневое криптогосударство, и бюрократические кланы понимали неэффективность, слабость и временность созданной системы. Им нужно было изменить систему, отбросив коммунистическую ширму, ликвидировав мешавшие бюрократии формы организации производства и общества, приватизировать ту часть государственного и общественного богатства, которую они и их потомки могли эффективно использовать и наращивать, оставив в своих руках и под своим контролем и управлением как класса, основные государственные рычаги контроля, управления и распределения производимой продукции и созданных новых богатств.

 Советская система и сам СССР был разрушен не потому, что он был слаб или менее эффективен по сравнению с Западом, а потому что значительная часть элиты коммунистической бюрократия стремилась провести модернизацию страны таким образом, чтобы обеспечить свои интересы прежде всего за счет остального народа. Для этого эта часть бюрократической элиты готовила передачу власти от одной, легальной и официальной, государственной системы другой, теневой и скрытой, но полностью ею контролируемой.

Такая возможность представилась в конце 1980-х, когда бюрократические кланы через горбачевскую перестройку довели советскую систему и КПСС до паралича, а затем провели распад СССР и криминальную революцию.

Теневое криптогосударство, во главе которого встали влиятельные группы партийного и государственного чиновничества, вышло из тени и подчинило, поглотило, поделило и «распилило» советское наследство.

Непосредственно распад СССР стал результатом стремления национальных и региональных бюрократических элит получить свои «поляны» для приватизации и распила наследства советского народа.

                                                     4

«Ни один дьявол ещё не обстригал добровольно своих когтей»                       

Самая большая ложь или легенда, созданная и укоренившаяся в современной России и в мире в конце ХХ века, состоит в том, что в 1991 году «с советским коммунизмом было покончено», «Советский Союз бесследно исчез», и возникшие в результате распада на его территории пятнадцать новых государств «оставивили советское наследие в прошлом». В соответствии с этой легендой современная Россия не имеет ничего общего с СССР и системой, созданной в России в период с 1917 по 1991 год. И эта большая ложь.

Трансформация созданной большевиками социально-экономической системы и отход от принципов и основ коммунизма начались, сначала вынужденно, еще в июле 1918 год, когда в результате восстания левых эсеров большевики приступили к захвату и подчинению Советов рабочих и крестьянских депутатов. С этого момента однопартийный принцип формирования органов власти стал доминирующим, и этот принцип особенно усилился в ходе гражданской войны и иностранной интерервенции, когда речь шла не о развитии общественных форм управления и хозяйствования в соответствии с идеями социализма и марксизма, а об удержании власти.

Именно тогда государственная форма собственности, которая не считалась ни Марксом, ни Энгельсом, ни даже самим Лениным истинно социалистической и которая, по Марксу, должна была при коммунизме отмереть вместе с государством или задолго до этого, стала опорой системы «военного коммунизма».

Доминирование государственной собственности обеспечивало возможность жесткого контроля экономики партийным и военным руководством, концентрации усилий и энергий на необходимых направлениях, но неэффективность системы «военного коммунизма» оказалась хронической и практически непреодолимой. Предельная жесткоть, доведенная до жестокости, неизбежность наказания вплоть до высшей меры за небольшие по мирным довоенным (не говоря уже о дореволюционных) меркам преступления, — только это позволяло держать бюрократию, в большинстве своем выросшую и воспитанную при царизме, под контролем и добиваться результата.

«Хронический запор» — так назвал экономическую систему «военного коммунизма» Леонид Красин, которого Ленину удалось уговорить вернуться в партию большевиков, войти в ЦК партии и Советское правительство и взять во время гражданской войны на себя руководство обеспечением армии и флота вооружением, обмундированием, продовольствием, что позволило создать боеспособную Красную Армию и победить в гражданской войне и выгнать интервентов…

Ленин смеялся над злой шуткой измученного борьбой с системой Красина. Ленин разделял его взгляды, но понимал, что без государственной собственности на средства производства, без государственного предельно жесткого контроля за распределением товаров и продукции большевики не смогут победить в войне…

После окончания гражданской войны Ленин выдвинул лозунг «Коммунизм – это Советская власть плюс кооперация», и его новая экономическая политика (НЭП) направляла Советскую Россию именно к этой цели. Государственный служащие, новая бюрократия, должна была составлять лишь «узкий слой специалистов». Вся остальная экономика должна была развиваться в кооперативных и общественных формах, которые надо было еще создать.

Но времени на воплощение этого плана у Ленина уже не было: в 1921 году, когда было принято решение о смене «военного коммунизма» на новую экономическую политику (НЭП), Ленин уже был смертельно болен, и через несколько месяцев вынужден был отойти от дел…

Событием, которое в большой степени предопределило судьбу Коммунистической партии и СССР стало решение о  развитии партийного аппарата и системы управления и контроля через этот аппарат всеми сферами жизни страны. Это было решение о создании партийно-бюрократической, системы, которая должна была не просто функционировать параллельно государственной системе Советов, но доминировать над ней, используя силовой аппарат спецслужб, прежде всего ВЧК, который превратился в «вооруженный отряд партии», то есть подразделение и орудие коммунистической бюрократии.

Следует отметить, что до революции техническую работу лидеры большевиков делали сами, часто подключая и передавая ее ближайшим помощникам. Для Ленина и Богданова, например, такими помощниками и секретарями были жены. Политического влияния такие помощники обычно не имели. Также относились к техническим работникам и другие лидеры партии большевиков. Вождем партии мог быть только теоретик и мыслитель, — так формировалась элита партии до революции.

После революции и захвата власти произошел бурный рост численности партии, и  возникла необходимость поставить техническую и организационную работу на новый уровень. Создан был Секретариат партии, который насчитывал не более трех человек, а в 1918 году Секретариат РСДРП(б) был избран в составе двух человек: Секретаря Елены Стасовой и председателя Якова Свердлова, который одновременно являлся Председателем Всероссийского Центрального исполнительнокго комитета (ВЦИК) Советов, то есть Свердлов был одновременно официальным главой государства — системы власти Советов – и партийного аппарата. 

Именно при Свердлове происходил активный процесс подчинения Советов партийным органам, и процесс этот начался в 1918 году как реакция большевиков на «заговор послов», то есть тех же Франции, Великобритании и США, и на восстание левых эсеров, которые в тот момент вместе с большевиками контролировали Советы. Подавляя заговор и восстание бывших союзников, большевики взяли под контроль Советы, чтобы сохранить власть в своих руках.

С этого времени начались, во-первых, создание системы управления страной через партийный аппарат, а во-вторых, трансформация Советов из субъектов государственного управления в объекты и инструмент управления, через которые аппарат Коммунистической партии стал устанавливать контроль за всей страной. 

Такой контроль требовал мощного аппарата, многочисленного, с жесткой иерархией и структурой.

Для решения этой задачи структура управления партией была изменена. Для руководства политической работой было создано Политбюро ЦК, для руководства организационной работой — Организационное бюро, а для выполнения текущей работы исполнительного характера были созданы Секретариат и пост Генерального секретаря.

В тот момент никто не предполагал, что Генеральный секретарь станет руководителем партии. Пост лидера партии формально (по Уставу) отсутствовал, фактически же им был Владимир Ленин, который занимал пост главы правительства — Председателя Совета народных комиссаров. В табеле о рангах вождей и высших органов партии Генеральный серетарь и Секретариат занимали далеко не первую строку.

Однако, очень быстро стало ясно, что такой аппарат не просто будет выполнять техническую работу, но получит огромную власть и возможность влиять на кадры и политику партии и государства.

Выбор Сталина на должность Генерального секретаря стал результатом борьбы двух кланов внутри руководства партии: клана Троцкого и клана Зиновьева-Каменева, которые считали Сталина своим союзником. Сталин часто в то время занимал позицию против Троцкого, хотя и не афишировал этого. Зиновьев и Каменев решили выдвинуть Сталина, превратив аппарат партии в свою опору. Больной Ленин поддержал их предложение.

Получив аппарат под свой контроль, Сталин начал формировать свою группу, свой клан, превращая аппарт партии и новую коммунистическую бюрократию в свою, а не Зиновьева и Рыкова, опору, и начал борьбу со всеми другими кланами, которые пытались взять власть после смерти Ленина.

Смерть лидера большевиков, раскол в руководстве партии, продолжение гражданской войны в гибридных формах, несмотря на объявление победы и переход к мирной жизни, приближение новой войны и необходимость скорейшей индустриализации, преодоления отсталости и создания современного мощного военно-промышленного комплекса за счет ломки существовавшей системы, — все эти задачи, с одной стороны, обусловили концентрацию власти в руках аппарата партии, а с другой стороны, заставляли Сталина и его группу опираться прежде всего на государственный сектор экономики и «вооруженный отряд партии»: ВЧК-ОГПУ.

При этом, Сталин никогда не был теоретиком и не считался им ни при живом Ленине, ни в первые годы после смерти Ленина, когда шла борьба за власть в руководстве партии и страны. Выиграл он борьбу партийных кланов, представив себя как основного носителя и защитника идей Ленина – «ленинизма».

К концу жизни Сталин понимал лучше других, что в период его правления идеология, то есть марксизм, практически не развивался. Сталин и его окружение были способны лишь находить ответы на вызовы времени, применяя марксизм или используя созданные ритуалы, но существенного развития теория марксизма после смерти Ленина не получила. Строительство будущего происходило без научно-теоретического обоснования.

Сталин понимал, что без теории, без развития идеологии, без видения цели и четкого плана действий, необходимых для того, чтобы осуществить переход в новую формацию – коммунизм, та система, которую он построил, обречена на гибель. Жесткость, доведенная до жестокости, могла держать бюрократию в узде, но создать мир коммунизма под дулом пистолета становилось все труднее.

А потом была Вторая мировая война…

Как показали послевоенные события, в том числе «ленинградское дело», которое стало сигналом о появлении коррупции нового качества среди высших коммунистических бюрократов, в самых верхах партийной системы. В это дело оказались вовлечены те, кому Сталин рассчитывал передать власть…

За «ленинградским делом» последовали «дело ткачей», «хлебное», «музыкальное», «винное» и другие «дела»… Стало понятно, что внутри «сталинского социализма» появилась и набирает обороты теневая экономика преступного мира, во главе которой стоят «советские» хозяйственники, партийные работники и сотрудники силовых органов. Это означало, что реальная угроза настоящим коммунистам и их планам построения нового общества поднималась именно изнутри самой коммунистической партии, изнутри советского государства и системы.   

Оказалось, что перед смертью Троцкий правильно предупреждал об угрозе и природе коммунистической бюрократии, выросшей при Сталине в СССР: «Ни один дьявол ещё не обстригал добровольно своих когтей.»

Дальше были «хрущевские реформы», еще более усилившие бюрократию, а затем блокировка реформ Косыгина, направленных на развитие самоорганизации общества и государства, развитие хозрасчета и общественных форм организации экономики, компьютеризации экономики и создание электронной системы управления, этакого «электронного Сталина», что неизбежно привело бы к усилению контроля за бюрократией, сокращению ее численности и ликвидации значительного количества «полян».

Необходимость борьбы с Косыгиным, реформы которого создали период «золотых 70-е» в истории СССР, блокировки его реформ, а затем отказа от них заставили бюрократическую элиту внести в систему принципиальные изменения. «Золотые 70-е»  стали для СССР тем, чем была Парижская экономическая конференция для Российской империи. Именно тогда система, созданная при Сталине, была изменена так, что она потеряла способность бороться даже с «загнивающим капитализмом» и была обречена на застой и развал.

Если при Сталине система была заточена на безусловное выполнение решений политического руководства, то трансформированная система конца 1970-х и последующих годов была перезаряжена на имитацию целенаправленной и сконцентрированной работы при любом ослаблении контроля со стороны политического руководства и спецслужб.

 В результате, даже на стратегических направлениях, там, где контроль КГБ и политического руководства ослабевал, система стала создавать лишние структуры и институты, дробить усилия, имитировать работу и ее результаты, вводить оптимизацию, оправдывающую затраты и снимающую ответственность за провалы и отсутствие конкретных результатов.

Принятая под предлогом борьбы с дефицитом и нехваткой ресурсов, оптимизация вместо концентрации усилий на конкретных целях приводила к ограничению ресурсов на стратегических направлениях, приводила к поддержанию или созданию дефицита там, где это нужно было криптоэкономике, к перекачке ресурсов в теневой сектор, то есть на государственные предприятия, которые работали под контролем «цеховиков» и бюрократических кланов.  

За этой «перестройкой» системы последовала краткая безуспешная попытка Юрия Андропова и его «оазиса» взять под контроль криптогосударство и понять, разобраться, куда идти и что делать, а затем окончательная «перестройка Горбачева»…

                                                5

                    «Вот дом, который построил Джек»

Нынешняя так называемая «путинская» Россия выросла из советской системы и стала результатом трех этапов ее развития в постсоветское время:

Этап 1 (1990-1998). Трансформация советской системы в ходе криминально-бюрократической революции путем поглощения государственного и кооперативного секторов экономики всплывшим на поверхность теневым криптогосударством и подпольными кланами, сформированными партийно-государственной номенклатурой и спецслужбами в 1970-х и 1980-х годах.

На этом же этапе произошел окончательный демонтаж системы власти Советов, ограничение и сужение которой началось в 1918 году и продолжалось до 1937 года, когда была принята новая «сталинская» Конституция, которая заменила Всероссийские съезды Советов на постоянно действующий Верховный Совет, состав которого избирался не депутатами местных Советов, а прямым голосованием.

Система последовательного делегирования власти с мест снизу наверх в Центр через систему Советов была заменена на прямой ввод во властную элиту кадров, отобранных властным Центром в своих интересах.

В 1990-е годы сбросившая ярмо коммунистической идеологии бюрократия окончательно заменила систему власти Советов на особый вариант «западной демократии», при котором формирование властных органов основано на партийно-клановом принципе подбора политических элит, наиболее удобном для монетизации властных полномочий правящей бюрократической элитой, а также для ее самовоспроизводства и передачи власти по наследству.

Криминальная мораль оказала огромное влияние на принципы и формы перехода на новую систему управления экономикой и ведения политики. Фактически, в 1991 году на территории бывшего СССР произошла криминальная революция, организованная коммунистической бюрократией, которая, сохраняя власть в своих руках, под прикрытием «народной» приватизации и демократизации сменила общественно-экономическую систему, сосредоточив в своих руках почти все богатство и ресурсы России. 

Запад оказывал помощь и содействие, а также участвовал в  приватизации и распиле советского наследства, считая, что всплеск неконтролируемой коррупции носит временный характер, и появившийся класс собственников производств и капиталов создаст в России подобие западной демократической системы, где возможности бюрократии и криминальных кланов ограничены преобладанием частной собственности над государственной и общественной, а баланс политической, исполнительной, законодательной, судебной и общественно-информационной ветвей власти создает устойчивость и предсказуемость действий системы и обеспечивает эффективность законов.

Однако, уже в середине 1990-х годов на Западе возникли сомнения в том, что Россия и другие государства на постсоветском пространстве смогут построить работающий вариант западной демократии. Стало ясно, что эти страны двигаются в другом, непонятном и пугающем направлении, а коррупция, которая была системной характеристикой бюрократической системы позднего СССР, скрытая тогда коммунистическими ритуалами, и расцвела в период приватизации, стала системной характеристикой всей государственной и общественной системы на просторах бывшей Российской империи.

Первыми это поняли крупные американские корпорации, которые ограничили свое присутствие в России, не желая втягиваться в криминальные и коррупционные разборки, за которые пришлось бы отвечать перед законом в США. В этой ситуации корпорации приняли решение о развитии основных своих производств не в России, а в Китае, что привело к рывку экономики Китая и к торможению и ограничению развития связей между российскими компаниями и организациями и элитой американского бизнеса.

   В отличие от бизнеса, политики Запада, прежде всего администрация Президента США Клинтона, продолжали масштабную поддержку новой российской бюрократии и власти, считая, что Запад «купил» новую элиту в России, оказав огромную финансовую поддержку в середине 1990-х, особенно в период проведения выборов Президента РФ в 1996 году.

В самой же России выборы 1996 года дали толчок к разлому общественной системы России, который лишил большинство населения возможности влиять на формирование политической элиты сначала в Центре, а затем и на местах.

Этап 2 (1998 – 2007). Приход в Кремль нового поколения бюрократической элиты, которая консолидировала власть в стране, опираясь на спецслужбы.

Подчинение новой властной элите возникших и разросшихся на первом этапе олигархических и криминальных групп и кланов. Создание жесткой вертикали власти и системы иерархической подчиненности кланов и групп, а также политических партий единому Центру власти, роль которого в конце 1990-х взял на себя Владимир Путин и его клан «питерских».

На этом же этапе Центр власти, Московский Кремль, провел сокращение не нужных на тот момент элите расходов, укрепил государственный сектор экономики, поставив основные ресурсы и каналы получения доходов под контроль новой элитной группировки.

Используя высокие цены на энергоносители и природные ресурсы, Кремль смог ликвидировать долговую и финансовую зависимость от Запада, создать финансовые резервы и сосредоточил усилия на возрождении спецслужб и оборонного комплекса, используя в качестве прикрытия «сердюковых».

Концентрируя услилия на главных и наиболее перспективных направлениях развития военно-оборонного комплекса, новый режим использовал и доводил до производства сохраненные в секрете советские наработки и заделы, создав внутри ВПК узкую секретную группу, которая сконцентрировалась на прорывных направлениях. При этом, Кремль открыто демонстрировал коррупционность и слабый профессионализм официального руководства оборонным комплексом, что успокаивало Запад создавая иллюзию бездействия и неэффективности новой власти в России.   

На фото: Сердюков принимает парад

В начале 2000-х годов вертикаль власти окончательно перестала действовать снизу вверх, и взаимодействие между Цетром власти, элитами и большинством населения стало осуществляться почти исключительно сверху вниз.

В этот же период произошло формирование идеологии функционализма, которая рассматривает и оценивает деятельность государственных и общественных структур, частных предприятий, а также граждан страны, работающих как в государственном, так и в частном и общественном секторах, исключительно с точки зрения их способности выполнять определяемые и накладываемые Центром власти на них функции.

 Функционализм пришел на замену псевдо-коммуничтической идеологии и был призван покончить с ненужными и обременяющими бюрократию идеологиями, стать постидеологиейидеологическим фундаментом режима правления класса бюрократии. Функциональные обязанности, определямые государственным цетром власти и лидерами кланов, стали главными факторами, формирующими взаимодействия в общественной и экономической сферах.

Функционализм был призван заменить традиционные моральные принципы и нормы нравственности на нормы и правила поведения и подчинения внутри бюрократического аппарата.

Этап 3 (2007-2014)

И вот здесь я сегодня остановлюсь, чтобы в следующей части вернуться к рассказу о строительстве объектов в Сочи…

(Продолжение следует)



Запись опубликована в рубрике Новости с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.