Валерий Морозов

The supply of American MIM-104 Patriot air defense systems from the arsenals of the Israel Defense Forces (IDF) to Ukraine via US and European mediation has become one of the most widely discussed topics in the global military and analytical community. Structured as a complex three-party commercial and logistical operation, the deal draws polarized assessments—ranging from hopes for a fundamental breakthrough in protecting Ukrainian skies to skepticism regarding the actual efficacy of these measures.

Analysis shows that the transfer of launchers and missiles reveals not only the technical nuances of air defense operations, but also the fundamental economic, technological, and geopolitical principles guiding the US and the West as a whole.

1. The Supply Math: Launchers vs. Missiles

Two key figures stand out in this deal: 8 launchers (batteries) and roughly 90 interceptor missiles.

• Reinforcement of Air Defence Infrastructure: Eight Patriot batteries represent a colossal boost for Ukraine.

Тема поставок американских систем ПВО MIM-104 Patriot из арсеналов Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) в Украину через посредничество США и Европы стала одной из наиболее обсуждаемых в мировом военном и аналитическом сообществе. Сделка, оформленная как сложная трехсторонняя коммерческо-логистическая операция, вызывает полярные оценки: от надежд на коренной перелом в защите украинского неба до скепсиса относительно реальной эффективности этих мер.

Анализ показывает, что передача пусковых установок и ракет раскрывает не только технические нюансы работы ПВО, но и фундаментальные экономические, технологические и геополитические принципы, которыми руководствуются США и Запад в целом.

1. Математика поставок: Установки против ракет

В рамках сделки ключевыми выступают две цифры: 8 пусковых установок (батарей) и порядка 90 противоракет.

• Усиление инфраструктуры ПВО: Восемь батарей Patriot — это колоссальный прирост для Украины. Появление такого количества комплексов (даже старой модификации PAC-2 / MIM-104D) позволяет перекрыть критические узлы инфраструктуры, крупные города и логистические хабы.

The current stage of geopolitical confrontation has revealed a deep, systemic similarity in the evolution of the state apparatuses of both Russia and Ukraine. In the face of a protracted conflict and extraordinary challenges, both countries have arrived at the exact same point of institutional development: the formation of an all-encompassing «corporation of intelligence services,» which has become the primary backbone, brain, and arbiter of state power.

This trend did not emerge out of nowhere. It is a direct continuation of hidden historical processes rooted in the Soviet past, now adapted to the realities of the 21st century with its cyber warfare, information dominance, and unmanned technologies.

Historical Genesis: From the VChK to the Collapse of the USSR and the «Yeltsin Clan»

The roots of today’s dominance by the intelligence services lie in the hidden history of communism, which I described in my book The Secret History of Communism in Russia (ValeryMorozov.com (далее…)

Современный этап геополитического противостояния выявил глубинное системное сходство в эволюции государственных аппаратов России и Украины. В условиях затяжного конфликта и экстраординарных вызовов обе страны пришли к одной и той же точке институционального развития — формированию тотальной корпорации спецслужб, ставшей главным хребтом, мозгом и арбитром государственной власти.

Эта тенденция не возникла внезапно: она является прямым продолжением скрытых исторических процессов, уходящих корнями в советское прошлое, но адаптированных к реалиям XXI века с его кибервойнами, информационным доминированием и беспилотными технологиями.

Исторический генезис: От ВЧК к распаду СССР и «клану Ельцина»

Корни сегодняшнего засилья спецслужб лежат в скрытой истории коммунизма, которую я описал в своей книге «Секретная история коммунизма в России» (ValeryMorozov.com — https://valerymorozov.com/shop , Lulu — https://www.lulu.com/account/projects, https://kdp.amazon.com/en_US/bookshelf).

Созданная в декабре 1917 года как временный и сугубо исполнительный орган для борьбы с саботажем чиновников и спекуляцией на черном рынке, Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК) запустила процесс формирования автономной силовой сверхструктуры. (далее…)

Теракт на Кудринской площади в Москве, где во время празднования дня рождения был ранен командующий Воздушно-космическими силами (ВКС) генерал-полковник Александр Чайко, открыл новый этап в понимании характера современных угроз. В результате взрыва в элитном ресторане пострадали сам генерал и его дочь Мария, а её муж Даниил Перебрий, бизнесмен, погиб.

Первичная реакция общественности логично указывала на спецоперацию украинских спецслужб. Однако странное молчание официальной Москвы и детали организации взрыва заставляют аналитиков рассматривать альтернативные, более глубокие версии.

1. Молчание Кремля и брешь в системе безопасности

Ресторан на Кудринской площади находится в здании, традиционно курируемом силовыми структурами, а само мероприятие проходило под явным внешним контролем ФСБ и армейских спецподразделений.

Если акцию организовали ВСУ или СБУ, это означает наличие в Москве агентурной сети высокого уровня, способной отслеживать перемещения высшего генералитета в режиме реального времен.

По прошествии почти недели с момента теракта руководство Минобороны и спецслужб РФ не сделало жестких политических заявлений, ограничившись скомканными комментариями дипломатов. (далее…)