В России люди задаются вопросом: почему чиновники, формально выступая за развитие IT и мессенджеров, на деле стремятся загнать интернет в стойло государственных корпораций или частных компаний, подконтрольных чиновникам, и поставить под тотальный контроль спецслужб? Происходит это все под лозунгом создания «суверенного интернета».
Россия слишком долго развивала интернет и средства связи, используя западные мессенджеры, интернет-платформы, серверы и смартфоны, например те же i-Phone. При этом, для обороны и спецслужб были созданы и применялись российские защищенные мессенджеры и оборудование, но население, в том числе бизнес, десятки лет использовал западные и китайские аналоги.
Война в Украине, усиление терроризма, угроза начала прямой войны с Западом, а также предстоящие выборы в Госдуму и трансфер власти президента при полной деградации политической системы, неэффективности экономики и потере популярности самого Путина заставили Кремль задуматься о «суверенном интернете».
Началось все с блокировки YouTube, Facebook, WhatsUpp и других мессенджеров и платформ. Это вызывало протесты и недовольство, но ограниченное, и власть объясняло это населению необходимостью борьбы с западной пропагандой, украинскими террористами и агентами.
Затем власти перешли к блокировки Telegram, что вызвало взрыв протеста и негодования. Оказалось, что Telegram используют как основной мессенджер 65 миллионов россиян, в том числе военные и население на прифронтовой территории, как основной мессенджер для связи с родными, а также для передачи срочных сообщений, в том числе об угрозах и атаках украинских дронов.
В ответ на блокировку Telegram население пошло на организованное сопротивление и оказалось способным создать целую систему обходов блокировки и запретов. Более того, сами представители высших уровней государственной власти не желали и не были готовы отказаться от западных смартфонов и Telegram и сделали для себя исключение, обеспечив себе защиту от блокировки. Это вызвало еще большее возмущение.
В ответ Роскомнадзор, отвечающий за контроль в сфере интернета, начал бороться не с отдельными ресурсами или серверами VPN, а приступил к введению и тестированию модели «белых списков» для управления интернетом. Это принципиально иной подход: вместо фильтрации запрещенного контента провайдеры переходят к пропуску только разрешенного.
Однако, это лишь множило проблемы и протесты. Оказалось, что около десяти миллионов россиян зарабатывают напрямую через интернет, и любое вмешательство в их работу ведет к безвозвратным финансовым потерям для них. Более того, блокировка и ограничения в ситуации, когда десятки миллионов граждан создали систему сопротивления и обходов, привела к нарушению работы как банков, так и корпораций, а затем и всей административной системы.
Тут стало ясно, что вместо развития чиновники навязывают России откровенную глупость в виде кибер-апартеида. Развернулась дискуссия: откуда такая глупость и в чем ее корни?
В ходе этих споров пытливые умы обнаружили удивительную историческую параллель с 60-ми годами СССР. Тогда советская бюрократия рассуждала точно так же: «Телевизор, автомобиль и квартира могут быть личными, а вот компьютер — нет. Компьютер — огромная государственная мощь, она должна принадлежать министерствам». Мало кто знает, что в тот момент Советский Союз не просто шел в ногу с США, а опережал их.
Луганский след IBM
Малоизвестный факт: идеи персонального компьютера, которые позже прославили IBM, во многом опирались на советские разработки. В Луганской области Украинской ССР в рамках оборонного комплекса производились ЭВМ (например, серия «Мир»), которые по своим характеристикам были на порядок выше западных аналогов того времени. Американцы скупали эти образцы, изучали их и на этой базе развернули свою компьютерную революцию.
А вот в СССР победил лозунг: «Нам это не нужно для каждого». И это была не просто ошибка — это была идеологическая диверсия бюрократии против собственного будущего.
Призраки прошлого: Богданов против Ленина и спор о системе
Чтобы понять корни этой проблемы, нужно обратиться к одному спору, конфликту, о котором я написал в своей книге «Секретная история коммунизма в России» (см. ValeryMorozov.com — https://valerymorozov.com/shop, Lulu — https://www.lulu.com/account/projects, https://kdp.amazon.com/en_US/bookshelf )
В начале XX века в большевистской партии были два лидера, которые превратились в соперников, и конфликт их имел идеологическую основу.
1. Владимир Ленин концентрировался на захвате власти и классовой борьбе.
2. Александр Богданов, подлинный идеолог и лидер раннего большевизма, смотрел глубже и стремился развивать марксизм, используя достижения естественных наук, которые развивались в конце 19 – начале 20 веков особенно бурно.
Богданов создал «Тектологию» — всеобщую организационную науку. Он рассматривал общество не просто как арену борьбы классов, а как единую систему. Он предсказал появление интернета, телевидения, компьютеризации и даже полетов на Марс (его роман «Красная звезда» вышел еще в 1908 году).
Главный посыл Богданова и подлинного коммунизма заключался в раскрепощении человеческого интеллекта, потенциала, творчества и созидания. Технологии должны были дать каждому человеку ресурс для личного творчества и развития. А для построения такого общества надо было создать организационную науку. Именно на этом пути Богданов создал основы кибернетики, общей теории систем, генетики и информатики.
Ленин считал эти занятия Богданова не просто излишними, но и вредными, уводящими рабочий класс и коммунистическую партию от борьбы за власть и свержение царизма и власти капитала. Взгляды Богданова Ленин назвал «субъективным идеализмом».
В конце жизни Ленин признал правоту Богданова и даже принял решение о создании по инициативе Богданова в 1922 году первого в мире института переливания крови (переливание крови как метод оздоровления больного организма был основан Богдановым на его идее взаимодействия систем, в том числе организмов).
После смерти Ленина в 1924 году в официальной истории партии осталась лишь критика Лениным взглядов Богданова, что привело к тому, что кибернетика и генетика на десятилетия стали «продажными девками империализма».
Бюрократия как новый правящий класс
Почему же идеи Богданова были задвинуты, а компьютеры в СССР стали развиваться внутри оборонного комплекса и долгие годы оставались «закрытыми» для широких слоев населения? Потому что после революции вместо отмирания государства (о чем писал Маркс) произошло восстановление худшего варианта буржуазного аппарата — партийной и государственной бюрократии.
Бюрократия как прослойка быстро осознала свои интересы. Развитие личного интеллекта и независимых средств связи для неё — смерть. Ей выгодно развивать только то, что усиливает контроль: большие оборонные ЭВМ, закрытые системы, государственные корпорации.
Трагедия нынешних «коммунистов»
Поразительно, насколько нынешние «левые» в России (включая КПРФ) не знают собственной истории. Они поддерживают госкорпорации, считая их «народным достоянием». Но это ложь. В английском языке есть четкое различие: «State Property» (государственная собственность) и «Public Property» (общественная, народная).
Государственная корпорация сегодня — это антикоммунистическая структура. Это инструмент чиновников, которые окончательно превратились в класс собственников. Они блокируют свободный интернет в России не потому, что он вреден, а потому, что он возвращает к идее приоритета личного интеллекта, общественных интересов над государственной машиной.
Системный тупик
Нынешнее «болото» в российских элитах — это историческая преемственность того самого хрущевско-брежневского застоя, который когда-то задушил советскую компьютерную революцию.
Мир входит в новый технологический цикл, где главной валютой является культура и интеллект, социальный капитал, но российская государственная система продолжает играть в «сдерживание и непущание».
Это уже не вопрос личных качеств правителей. Это внутренняя характеристика системы. Мы наблюдаем борьбу архаичной бюрократии с будущим. И пока государственная система не будет трансформирована из аппарата принуждения в платформу для развития человека, Россия будет обречена догонять тех, кому когда-то сама давала идеи.
Перед Кремлем стоит задача кардинальной смены самой архитектуры государства. Пора наконец понять: будущее за человеком, а не за чиновником.
