На прошедшем саммите в Вашингтоне Дональд Трамп и Си Цзиньпин согласовали, что они не допустят разрастания войны в Европе, а также те принципы, на которых две супердержавы будут выстраивать новый миропорядок. И в достижении этих договоренностях важную роль сыграли два фактора:
- Современная система международных отношений стремительно уходит от невнятной и хаотичной идеи многополярности к созданию системы цивилизационных макрорегионов, среди который два формируются как доминирующие.
Центрами развития этих двух макрорегионов, наиболее мощных, стремительно развивающихся и доминирующих в мире, выступают США и Китай. Именно эти супердержавы первыми осознали свой статус и приступили к консолидации собственных цивилизационных макрорегионов.
- Пока старый мир пытается удерживать отжившие государственные институты и системы, Вашингтон и Пекин, несмотря на различия в общественных системах и идеологиях, строят будущее по сходной, предельно прагматичной технологической и финансовой модели.
В это же время другие ключевые региональные игроки, — от Европы до стран на постсоветском пространстве, включая Россию, Беларусь и Украину, — либо выбирают курс на статику и «контролируемую стабильность», либо пытаются осознать свое место и определить свою судьбу и выпадают из гонки развития.
Исторические корни современного Китая: завет Сталина Мао Цзэдуну
Чтобы понять, как КНР пришла к модели собственного обособленного макрорегиона, необходимо вернуться к истокам отношений СССР и Китая, Москвы и Пекина.
В 1949 году, после победы Коммунистической партии Китая, Мао Цзэдун прибыл в Москву с предложением к Сталину о включении Китая в состав СССР в качестве шестнадцатой републики. Он провел в Москве три месяца в ожидании встречи и обстоятельного разговора с Иосифом Сталиным, который к встрече с Мао готовился тщательно.
Когда встреча состоялась, два лидера провели весь день вдвоем на Ближней даче под Москвой, обсуждая предложение Мао, и Сталин отказал в прямой интеграции КНР в Советскую государственную систему на правах шестнадцатой республики. Сталин убедил Мао в том, что Китай должен идти своим собственным автономным путем.
Советский лидер откровенно признавал сложность строительства нового общества – коммунизма, как будущей мировой общественной системы. Он указал на внутренние противоречия, возникновение которых никто не предвидел, на отсутствие теории и понимания происходящих процессов, на возникновение влиятельных кланов внутри высшего слоя партийной и государственной бюрократии, которые неожиданно для старой гвардии коммунистов стали формировать теневую экономику и использовать государственную собственность для создания коррупционной системы для своего личного обогащения, используя дефицит товаров, который стал результатом потерь и разрушений в ходе Второй мировой войны.
Именно тогда возникли уголовные дела, в том числе, «Ленинградское дело», «Русского дело» и «Дело Госплана», потрясшие СССР и приведшие к аресту, осуждению и расстрелу тех, кого Сталин считал своими преемниками.
Главный наказ Сталина Мао заключался в том, чтобы Китай наблюдал со стороны, учился на опыте СССР, не повторял ошибок, учитывал колоссальную цивилизационную разницу и строил собственную систему, опираясь на китайскую культуру и свои специфические реалии.
Мао Цзэдун принял этот совет с глубоким уважением. Выйдя от Сталина, он сказал: «Сегодня я встретился с великим вождем». На протяжении последующих десятилетий Китай внимательно изучал советский опыт:
- Вникал в причины системных сбоев и поглотившей, похоронившей коммунистические идеи бюрократизацию времен Хрущева и Брежнева. На угрозу такой бюрократизации Мао ответил «культурной революцией».
- Анализировал институциональный и экономический коллапс СССР при Горбачеве.
- Наблюдал за деградацией государственных институтов и волной коррупции и преступной приватизации государственной и общественной собственности в период Ельцина.
Современный Китай видит сегодняшние попытки России восстановить свой статус мировой супердержавы, но категорически не желает повторять применяемые Москвой методы. Пекин десятилетия идет своим путем и рассматривает российский опыт как наглядную демонстрацию того, каких ошибок следует избегать на пути создания своего макрорегиона, в котором принципы взаимодействия определяет китайская цивилизация.
США и Китай: Единый механизм под разным идеологическим соусом
При внешне непримиримой идеологической и геополитической конкуренции США и КНР используют практически идентичную механику управления научно-технологическим и финансовым прорывом.
Обе супердержавы сделали ставку на форсированное развитие технологий искусственного интеллекта (в терминологии администрации США — Super Intelligence / SI).
- В США: Подписание Белым домом так называемого White House Accord on Super Intelligence с крупнейшими технологическими гигантами (xAI, Meta, Open AI, Alphabet, Anthropic, Nvidia) накладывает на бизнес обязательство двигаться вперед и развиваться максимально быстро, вводя при этом независимый внешний и внутренний контроль безопасности и прямую ответственность топ-менеджмента за ошибки.
- В КНР: Аналогичный процесс дополняется контролем со стороны Коммунистической партии Китая через региональные и отраслевые партийные организации, а также китайский вариант модели публичных народных компаний (Public Companies).
И в США, и в Китае руководители компаний несут личную — финансовую и правовую — ответственность за технологические риски, но получают максимальный карт-бланш на экспансию.
Разница в подходах состоит в том, что Вашингтон отдает технокорпорациям права решать в каких направлениях развивать Суперинтеллект и технологии, считая, что рынок, творческий подход и внешний независимый контроль обеспечат опережающие темпы развития и защиту общества от коррупции и возможных преступлений. Пекин же к этим факторам добавляет направления, которые определяются коммунистической идеологией и политическим руководством КПК.
Так, например, безработица среди китайской молодежи доходит сейчас до 20%, и роботизация содействует не только сохранению высокого уровня безработицы, но и ее росту. Однако, при этом, практически вся безработная молодежь является активными пользователями интернета, услуг техно-компаний, особенно информационной сферы и киберпространства, искусства и культуры. Поэтому лидеры коммунистического Китая ставят задачу техно-корпорациям не только использовать молодежь как потребителей услуг и источник роста своего социального капитала, но и развивать их интеллектуально, втягивать их в творческие процессы, формировать моральные основы и культуру в соответствии с видением будущего коммунистической идеологией.
Фактически, современный Китай продолжает традиции, заложенные первыми лидерами большевиков, в том числе Александром Богдановым, который говорил о необходимости создания «человека будущего». Именно эти идеи в начале ХХ века легли в основу новой «пролетарской культуры» (Пролеткульта), давшей толчок развитию новых направлений литературы, архитектуры, науки и искусства, особенно в 1920-30х годах.
Одновременно США и Китай пересматривают концепцию ведения современных войн, отказываясь от устаревших бюрократических подходов:
- В США: Опыт Департамента государственной эффективности (DOGE) под руководством Илона Маска транслируется на Министерство войны (Пентагон). К разработке концепции «новой войны» привлекаются лидеры технологических корпораций, смещающие генералитет старой школы. При этом, США идут по пути Украины и России и создают отдельный род войск, который будет использовать автономные боевые системы, — от беспилотников до военной робототехники, — а также обеспечивают все военные базы и объекты автономными и независимыми от гражданских систем энергетические источники и дата центры.
- В КНР: Народно-освободительная армия Китая (НОАК) также проходит через смену руководства, снижение бюрократии и глубокую технологическую реорганизацию, ориентированную на ИИ, беспилотные системы, сетецентрические операции и полную интеграцию космической, воздушной и наземной военных сфер.
Финансовым фундаментом лидерства США и Китая остается максимально доступный капитал для бизнеса и населения. Достаточно сравнить политику в финансовой сфере США, Китая и России, чтобы понять разницу в подходах и приоритетах.
Однако, это отдельная тема…
